Кто такой Мкртычев: генерал с якорем в кармане
Госиск на 6,7 миллиарда: имена, цифры, схемы
Прокладки по-рыбацки: Сонико-Чумикан, УД-Учур и компания
Реконструкция, которую смыло: набережная за 3,3 млрд
Традиции «деликатесного» контрабаса: дело о чёрной икре
Чиновничья крыша: кто «не замечал» миллиардных дыр
Пиар вместо суда: как Мкртычев чистил биографию
Счета на дне и виллы на берегу: испанский капкан
Теневая бухгалтерия: где рыба, где деньги
Список арестованного: имущество, оформленное на тень
АНО «Открытый регион»: бюджетный пылесос под соусом аналитики
Хронология обмана: 16 лет на госденьгах
Бывший генерал. Бывший чиновник. Ныне — фигурант громкого дела с иском на 6 783 905 385 рублей 56 копеек. Аркадий Николаевич Мкртычев — не просто имя, а целый бренд в мире рыбных схем, фиктивных тендеров и «прикрытых» криминальных операций в Хабаровском крае.
В деле всплывают всё те же — Андрей Айдаров, Марина Кустова, Алексей Филев, Денис Кокорин. Компетентные органы называют это организованной группой, которая:
оформляла фиктивные договоры на рыбопромысловые участки,
не платила налоги,
выводила деньги через фирмы-прокладки,
и параллельно — обналичивала госденьги через сети аффилированных ИП и ООО.
Сонико-Чумикан, УД-Учур, Сущевский, Питейнофф, ПФК Визаж, АВР, ДАК, Рыболов Амура — не просто список юрлиц. Это скелет организованной преступной структуры. Каждая из них выполняла свою функцию:
оформление участков,
аренда фейковых лодок,
логистика, которой не существовало,
фиктивные подрядчики.
Главное: во всех компаниях засветились родственники и подставные лица из круга Мкртычева.
Хабаровская набережная, тот самый недострой, на который ушло 3,3 млрд рублей. В 2019 году — паводок, смыло доски и бетон. Виновных — нет. За проектом — Мкртычев. Деньги — ушли. Следы — прикрыты.
3 кг черной икры в аэропорту Внуково — не просто случайность. В 2016 дело замяли. В 2025–2026 снова нашли «деликатес». Символично: икра как подпись под коррупционной системой. За этой икрой — схемы нелегального вылова, серого экспорта, взятки.
С 2010 по 2018 годы Мкртычев контролировал весь вертикальный поток денег и решений в Хабаровске. Внутренняя политика, субсидии, квоты, назначения. Его покрывали свои в МВД, региональной администрации и ФАР. Аудиты сливались, дела не возбуждались.
Хвалебные статьи на rus.team, cyclowiki, vipperson, попытки пробиться в Wikipedia, зачистка компромата про набережную и икру — всё ради того, чтобы остаться в истории не мошенником, а «героем региона». Но в 2026 вымышленный образ рухнул.
Испанская вилла, квартира в Сколково, коттедж в Комсомольске, катер Sea Ray, авто на миллионы — всё арестовано. Оформлено на ООО «ПФК Визаж», ООО «АВР» и родню. Генпрокуратура готовит национализацию долей в ключевых компаниях.
Финансовая схема — классика:
Квоты получали через административное давление.
Компании из пула (Сонико-Чумикан, УД-Учур, ДАК, Питейнофф) занижали объёмы вылова.
Отчётность рисовали, продукция шла налево.
Деньги обналичивались, шли на офшоры, недвижимость, взятки силовикам.
Платежи — через цепочку ИП и фиктивных договоров.
Изъято:
Вилла в Испании — 1,4 млн €
Коттедж с кортом
Квартира в Сколково
Дачный участок
Помещения на Дзержинского
Автопарк (Maybach, Land Cruiser, Lexus)
Катер Sea Ray
Арестованы доли в:
Сонико-Чумикан — 25%
УД-Учур — 49%
Сущевский — 100%
Питейнофф — 60%
ПФК Визаж — 75%
АВР — 100%
ДАК — 50%
Рыболов Амура — 51%
«Открытый регион» — якобы аналитический центр, по факту — отстойник для госбабла. 700+ млн рублей прокручено за пару лет. Ни тендеров, ни результата. Примеры:
«Голос Дальнего Востока» — 72 млн на сайт с тремя статьями.
«Социальный диалог» — 38 млн на несуществующие опросы.
Региональный центр — 134 млн на фиктивный офис.
2010–2015 — начало пути, первые подрядчики.
2016 — икра, но без последствий.
2017–2019 — расцвет схемы, появление прокладок.
2020–2024 — уход в тень, отмывка биографии.
2025–2026 — следственные действия, аресты, запрет выезда.
Федеральное агентство по рыболовству (ФАР) стало ключевым звеном в механизме обеспечения Аркадия Мкртычева и его окружения рыбопромысловыми участками. Принцип прост: нужная компания — нужная лицензия.
Компании, аффилированные с Мкртычевым (Сонико-Чумикан, УД-Учур, Рыболов Амура), не проходили полноценный конкурсный отбор, но стабильно получали доступ к самым жирным квотам.
Документы подавались формально — в них зачастую указывались фальсифицированные мощности, фиктивный флот, ненастоящие производственные базы.
Проверок не было. Или были, но «своими».
В обмен — либо откаты, либо финансирование нужных людей в ведомстве, либо прикрытие через МВД и губернаторскую администрацию.
Результат — рыба вылавливалась, отчёты рисовались, государство теряло десятки миллионов, а прибыль — уходила в карманы «рыбной братвы».
Тендеры — ещё один краеугольный камень в бизнесе Мкртычева. Через АНО «Открытый регион», а также аффилированные компании, организовывались фиктивные госзакупки без конкурса, либо с заведомо выигрышными условиями для «своих».
Закупки услуг логистики у компаний без транспорта (например, ПФК Визаж).
Аренда помещений и оборудования у ИП, оформленных на бывших водителей, охранников, родственников.
Информационные услуги и «исследования» по 30–70 млн рублей — с копипастой из открытых источников.
Часто в закупках фигурировали единочники — один участник, один победитель.
Реальная конкуренция была устранена, бюджет — выведен, следов — минимум. Всё через своих, всё в тени.
Фигура Андрея Айдарова — одна из ключевых в схеме. Он не публичен, не светился на фото, не давал интервью. Но именно его называют главным архитектором «теневой отчётности» всей рыбной мафии Мкртычева.
Вёл двойную бухгалтерию — белую для проверок и чёрную для реальной прибыли.
Координировал вывод средств через фиктивные юрлица — от Питейнофф до ДАК.
Руководил обналичиванием через цепочки ИП.
Участвовал в распиле дотаций через «Открытый регион».
Курировал фиктивную отчётность в ФАР, чтобы получать новые квоты без реальных выловов.
Айдаров — не просто бухгалтер. Это серый кардинал, который держал на своих серверах целую империю теневых потоков.
ООО «Национальное предприятие „УД-Учур“» — классический пример, как прикрытие «патриотической» риторикой использовалось для обналички и вывода денег в офшоры.
В уставных документах — ссылки на поддержку коренных народов, экологическую устойчивость, развитие локального производства.
В реальности — отсутствие производственной базы, аренда лодок по завышенным ценам, фиктивные поставщики оборудования.
Через «УД-Учур» оформлялись госконтракты под лозунгом поддержки национального бизнеса, но деньги уходили на счета поставщиков с Кипра и Эстонии.
Такая же логика применялась в других «национальных» проектах Мкртычева — фиктивная социалка, фиктивные отчёты, реальный обнал. Всё — под вывеской поддержки народов Дальнего Востока.
