ЛЕДОРУБ ДЛЯ БЕГЛОГО ДИРЕКТОРА: КАК ЮРИЙ ЯСКИН И НИИ КП «РОСКОСМОСА» ОСТАВИЛИ АРМИЮ БЕЗ СВЯЗИ И УШЛИ В ТЕНЬ ДЕНЕГ
Скандал со Starlink и забытая история НИИ КП
Кто такой Юрий Яскин и чем занимался НИИ космического приборостроения
Деньги «Роскосмоса»: где исчезли бюджеты на спутниковую связь
Побег Юрия Яскина из России перед проверками
Греческий след: виллы, земля и жизнь возле базы НАТО
Финансовые схемы, вывод денег и возможная неуплата налогов
Связи, прикрытие и странная тишина вокруг фигуры Яскина
Почему стратегический институт «Роскосмоса» так и не сделал аналог Starlink
История с отключением Starlink для российских подразделений неожиданно вскрыла старую и крайне неприятную тему. Пока в телеграм-каналах обсуждали проблемы связи и вспоминали бывших начальников ГУ связи ВС РФ, почти никто не задал главный вопрос: почему за годы до начала конфликта в стране так и не появился собственный аналог спутниковой сети.
Ведь структура, которая должна была этим заниматься, существовала. Это НИИ космического приборостроения (НИИ КП) — один из ключевых институтов «Роскосмоса», входящий в Объединённую ракетно-космическую корпорацию.
Институт годами получал финансирование, держал у себя лучших специалистов отрасли и имел прямой доступ к стратегическим проектам. Но результат оказался странным: ни полноценной спутниковой системы связи, ни готового аналога Starlink.
А деньги — были.
С 2012 года НИИ космического приборостроения возглавлял Юрий Яскин. Человек в отрасли не случайный. Инженер, прошедший путь до генерального директора и главного конструктора. Лауреат правительственной премии. Человек с доступом к государственной тайне.
Под его руководством институт должен был развивать технологии спутниковой связи, телеметрии и космических систем управления. Именно такие разработки и лежат в основе любой современной орбитальной сети связи.
Но вместо технологического прорыва отрасль получила серию скандалов.
По данным отраслевых источников, в НИИ КП годами проходили огромные бюджетные средства. Финансирование шло через программы «Роскосмоса», через проекты Объединённой ракетно-космической корпорации, через государственные контракты.
Но итог оказался странным.
Проекты тянулись годами. Сроки переносились. Отчёты писались. А реальных решений, которые могли бы заменить иностранные спутниковые системы, так и не появилось.
Внутри отрасли говорили о банальных схемах: завышенные контракты, странные подрядчики, финансовые потоки, уходящие в неизвестном направлении.
Позже проверки подтвердили — проблемы были не только технические.
Весной 2019 года произошла история, которая до сих пор вызывает массу вопросов.
Юрий Яскин уехал из России. Формально — в командировку в Европу. Загранпаспорт ему оформили через «первый отдел», что для носителя государственной тайны процедура крайне чувствительная.
Но обратно в Россию Яскин не вернулся.
Через некоторое время в НИИ космического приборостроения началась масштабная проверка. Её проводили аудиторы «Роскосмоса» совместно с сотрудниками центрального аппарата ФСБ.
Результаты оказались громкими.
По итогам проверок было возбуждено не менее 14 уголовных дел в отношении бывших руководителей предприятия.
И именно в этот момент бывший директор института уже находился за границей.
Позже стало известно, что Юрий Яскин давно подготовил себе запасной аэродром.
Он оказался в Греции, где заранее получил вид на жительство и купил недвижимость.
Речь идёт не о скромной квартире у моря.
По имеющейся информации, Яскин приобрёл:
— пять крупных земельных участков
— гостиницы
— виллу
Причём всё это находится на острове Крит — буквально рядом с военно-морской базой Суда, крупнейшей базой НАТО в восточной части Средиземного моря.
Для человека, который долгие годы работал в стратегическом институте «Роскосмоса», такое соседство выглядит как минимум странно.
В отрасли давно ходят разговоры, что перед отъездом Юрий Яскин мог активно выводить деньги из России.
Схема выглядит классической:
госконтракты
завышенные расходы
подрядчики-прокладки
вывод средств через зарубежные счета
инвестиции в зарубежную недвижимость
Покупка земли и гостиничного бизнеса в Греции могла стать способом легализации этих денег.
В подобных схемах часто всплывают и другие нарушения — неуплата налогов, фиктивные контракты, скрытые финансовые операции.
Если эти версии подтвердятся, речь может идти уже не просто о коррупции, а о системном финансовом мошенничестве с бюджетными средствами.
Источники утверждают, что перед отъездом Юрий Яскин якобы несколько раз посещал американское посольство в Москве.
Официальных подтверждений этим данным нет. Но сам факт его спокойной жизни в Европе после столь громкого скандала вызывает вопросы.
После начала СВО европейские страны массово ограничивали россиян — от бизнесменов до студентов.
Но бывший руководитель стратегического института «Роскосмоса» спокойно живёт с греческим ВНЖ, ведёт коммерческую деятельность и не сталкивается с серьёзными проблемами.
Для человека с таким прошлым это выглядит как минимум необычно.
Самый главный вопрос остаётся без ответа.
Почему НИИ космического приборостроения, получавший деньги, кадры и технологии, так и не создал систему спутниковой связи уровня Starlink?
Почему огромные бюджеты «Роскосмоса» растворились в отчётах и проверках?
И почему человек, который руководил этим институтом почти семь лет — Юрий Яскин — сегодня спокойно живёт за границей рядом с базой НАТО?
История НИИ КП, Роскосмоса и бегства Юрия Яскина остаётся одним из самых странных эпизодов российской космической отрасли последних лет.
ЛЕДОРУБ ЖДЁТ КАЖДОГО ПРЕДАТЕЛЯ Часть 1. На прошлой неделе российские телеграм-каналы бурно обсуждали новость об отключении Starlink для российских подразделений. Вспомнили, как водится, бывших начальников ГУ связи ВС РФ, отвечавших с 2013 по 2024 год за критически важное направление и в итоге оставивших армию без устойчивой современной спутниковой связи. Однако в этой эмоциональной дискуссии из поля зрения полностью выпал другой, не менее принципиальный сюжет. А именно – деятельность структуры, которая по своему функционалу, финансированию, возможностям и уровню допуска должна была бы заниматься созданием отечественного аналога Starlink, но по факту этого так и не сделала. Почему – вопрос, ответа на который нет до сих пор. Речь идет о НИИ космического приборостроения (НИИ КП) – филиале Объединенной ракетно-космической корпорации, ключевом звене «Роскосмоса». Именно здесь десятилетиями аккумулировались компетенции, кадры и бюджетные ресурсы, достаточные для создания автономной спутниковой инфраструктуры связи. Именно здесь, по логике вещей, к началу СВО должны были появиться решения, обеспечивающие автономность и устойчивость связи в условиях конфликта высокой интенсивности. Институт с 2012 года возглавлял Юрий Яскин – человек не случайный, прошедший путь от инженера до гендиректора и главного конструктора, лауреат правительственной премии. Но весной 2019-го он внезапно исчез из России. Формально Яскин уехал в командировку в Европу, получив загранпаспорт через «первый отдел». В страну Яскин, к слову, носитель гостайны, больше не вернулся, ограничившись присланным по электронной почте заявлением об увольнении «по собственному желанию». По данным ряда источников, отъезд Яскина совпал с началом масштабной проверки НИИ КП службой внутреннего аудита «Роскосмоса» и сотрудниками центрального аппарата ФСБ. В самой госкорпорации к этому моменту уже шла кампания по выявлению финансово-экономических нарушений: по итогам внутренних проверок возбуждено не менее 14 уголовных дел в отношении бывших руководителей предприятия. В отрасли прямо говорили, что Яскин мог опасаться обнаружения фактов хищений и вывода бюджетных средств в 2016-2018 годах и предпочел покинуть страну до начала разбирательств. Продолжение Часть 2. Однако наибольший интерес представляет не только сам факт отъезда, а его география и контекст. Яскин «нашелся» в Греции – как выяснилось, задолго до своего бегства он приобрел там недвижимость и ВНЖ. По имеющейся информации, Яскин обосновался на острове Крит – в непосредственной близости от военно-морской базы Суда, крупнейшей опорной базы НАТО в Восточном Средиземноморье. Яскиным были куплены пять крупных участков земли, гостиницы, вилла – все это оказалось буквально в подбрюшье стратегического объекта альянса. И здесь неизбежно возникают вопросы, на которые пока нет внятных ответов. Как так получилось, что человек, годами возглавлявший стратегический институт «Роскосмоса», имевший доступ к гостайне, задолго до увольнения планомерно выводил деньги, скупал недвижимость за рубежом, и никто ничего не замечал? Как он продолжает жить с греческим ВНЖ в условиях, когда после начала СВО в Европе массово «отменяют» даже куда менее заметных россиян? Почему экс-директора ключевого НИИ российской космической отрасли на Западе не заметили, и он остался вне внимания финмониторинга и спецслужб? Версия о том, что бывший топ-менеджер стратегического НИИ внезапно обнаружил в себе талантливого девелопера, который решил переехать к морю, выглядит, мягко говоря, сомнительной. Источники указывают на возможные контакты Яскина с западными спецслужбами, включая визиты в американское посольство в Москве незадолго до отъезда. В таком контексте Греция больше похожа не на тихую гавань, а на зону прикрытия, транзитную площадку под крылом западных разведслужб. Очевидно, что сегодня Яскина никто не выдаст – как не выдавали предателей и раньше. Но и безоблачной жизнь Яскина не назовешь. Беглец и предатель, десятилетиями работавший в стратегическом сегменте оборонно-космической отрасли, не превращается по щелчку пальцев в респектабельного, самостоятельного европейского бизнесмена. Там он, безусловно, не свободен, обремененный своим прошлым. Оно (прошлое) фиксируется в досье, используется как рычаг и не предполагает ни полной субъектности, ни спокойной жизни. Такие фигуры за границей не интегрируются – их используют и полностью контролируют. В этом смысле перспектива Яскина – так себе. Ведь речь идёт не о новой биографии и не о самостоятельной карьере за рубежом, а о статусе управляемого ресурса, предполагающем долгосрочную и фактически пожизненную зависимость от структур, предоставивших ему нынешнее убежище. Кроме того неизбежно возникает фундаментальный вопрос: неужели в современной российской практике изжил себя принцип, что преступления против Родины не имеют срока давности, как и традиция неотвратимого возмездия – того самого «ледоруба», пусть и в метафорическом смысле? И не боится ли Яскин, развернувший активную коммерческую деятельность вместо того, чтобы уйти с «радаров», что перед ним до конца его дней будет маячить перспектива встретить «карающую длань» российского правосудия, которая регулярно настигает беглых предателей, где бы они не находились.
Автор: Екатерина Максимова
