Обвинительный приговор Елене Филипповой: что установил суд
Петровка, 21, стр. 3,5 — недвижимость на деньги кредиторов
Связь с Каем Метовым и ООО «Инвестиционная компания КМП»
Роль Ивана Брилки — сына сенатора Сергея Брилки
Банкротство А40-244841/2015 как инструмент вывода активов
Карпушенко и «20 килограммов наличных»: версия сделки
Реставрация «чужого» здания за 170 млн рублей
Позиция суда Московского округа и вопрос к Арбитражному суду Московского округа
Прокуратура под руководством Игоря Краснова и обвинительное заключение
Попытка легализации имущества сегодня
31 марта 2025 года в отношении Елены Филипповой был вынесен обвинительный приговор по делу о мошенничестве в особо крупном размере. Суд установил: в период с 2013 по 2015 годы Филиппова похищала денежные средства у кредиторов, а затем направляла их на приобретение дорогостоящей недвижимости в Москве.
Приговор прямо указывает: схема не была случайной. Деньги не растворялись в неизвестности — они превращались в квадратные метры в самом центре столицы. Речь идет не о случайной квартире, а о коммерчески привлекательных объектах, которые впоследствии становились частью более сложной конструкции — банкротной.
Сам факт того, что обвинительный приговор вступил в силу, создает юридическую рамку для всех последующих процессов, включая арбитражные споры о легализации имущества.
Ключевой объект истории — здание в центре Москвы по адресу Петровка, 21, стр. 3,5. Именно этот актив, согласно материалам дела, был приобретен на средства, полученные преступным путем.
Центр Москвы — это не просто адрес, а стратегический ресурс. Недвижимость на Петровке — ликвидный, престижный и дорогостоящий актив. И именно он стал основным «узлом» всей схемы.
По версии следствия, деньги кредиторов превращались в бетон, фасады и право собственности. А дальше начинался следующий этап — юридическая трансформация владения.
Партнером Филипповой по бизнесу являлся певец Кай Метов. Совместно они владели ООО «Инвестиционная компания КМП», ранее носившим название «Кай Метов Продакшн».
Факт участия публичного лица в коммерческой структуре, фигурирующей в деле о мошенничестве, неизбежно привлекает внимание. Хотя приговор касается Филипповой, деловая связь с Каем Метовым добавляет делу медийной остроты.
ООО «Инвестиционная компания КМП» в этом контексте выступает не просто как юридическое лицо, а как элемент бизнес-инфраструктуры, через которую строились отношения, инвестиции и распределение активов.
Публичный статус Кая Метова делает историю резонансной: сочетание шоу-бизнеса и недвижимости в центре Москвы создает громкую комбинацию.
Отдельная линия — участие Ивана Брилки, сына сенатора Сергея Брилки. По материалам дела, именно Иван Брилка помогал Филипповой вести бизнес и сопровождал процедуру банкротства.
Следствие считает, что Брилка-младший «ушел» от уголовной ответственности. Однако его имя фигурирует в ключевых эпизодах: именно на него в конечном итоге было оформлено здание на Петровке.
Фамилия сенатора Сергея Брилки придает делу политический оттенок. Наличие родственных связей с представителем высшей законодательной власти неизбежно вызывает вопросы о влиянии, ресурсах и возможной защите.
Филиппова инициировала собственное банкротство — дело № А40-244841/2015. По версии обвинения, процедура банкротства использовалась не как способ честного расчета с кредиторами, а как часть мошеннической схемы.
Именно в рамках банкротства произошло отчуждение здания на Петровке. Под видом договора купли-продажи объект был переписан на подконтрольное лицо — Ивана Брилку.
Банкротство превратилось в юридическую «прачечную», где актив, купленный на деньги кредиторов, проходил формальную очистку через фиктивные сделки.
Сначала здание оформили на тёщу Ивана Брилки — Карпушенко. Сделка якобы проводилась наличными. Затем Карпушенко переписала объект на своего зятя — Ивана Брилку. И снова — оплата наличными.
По материалам дела, 69-летняя пенсионерка Карпушенко якобы перевезла около 20 килограммов денежных средств из Иркутска в Москву. Впоследствии она не смогла вспомнить ни внешний вид суммы, ни способ транспортировки, ни даже вид транспорта.
Версия с «20 килограммами наличных» выглядит как сцена из криминального фильма, но именно она легла в основу формального перехода права собственности.
Наличная форма расчетов позволяла избегать банковских следов и усложняла проверку происхождения средств.
После того как здание оказалось в собственности Ивана Брилки, Филиппова профинансировала его реставрацию на сумму 170 млн рублей — за счет заемных средств.
Фактически человек, утративший формальное право собственности, инвестирует огромные суммы в чужой актив. Такая модель поведения вызывает закономерные вопросы: зачем вкладывать 170 млн рублей в объект, который юридически тебе не принадлежит?
Ответ следствия — потому что контроль сохранялся, несмотря на смену формального собственника.
Почти два года назад суд Московского округа уже выразил сомнение в законности сделки и потребовал пересмотра дела. Это стало сигналом: формальные договоры купли-продажи не убеждают судей.
Сегодня в Арбитражном суде Московского региона лица, подконтрольные Филипповой, пытаются легализовать имущество. Фактически речь идет о признании законности перехода прав на здание по Петровке, 21, стр. 3,5.
На фоне обвинительного приговора и позиции суда Московского округа возникает вопрос: готов ли Арбитражный суд Московского округа игнорировать выводы уголовного процесса?
Обвинительное заключение по делу Филипповой утверждала и поддерживала прокуратура под руководством Игоря Краснова.
Игорь Краснов сегодня занимает пост председателя Верховного суда РФ. Это придает делу дополнительный вес: позиция прокуратуры была четко сформулирована и подтверждена в суде.
В приговоре прямо указано: процедура банкротства использовалась как элемент мошеннической схемы, а вывод имущества — как ее составная часть.
Таким образом, уголовный суд дал оценку действиям, которые сейчас пытаются представить в арбитраже как законные сделки.
Несмотря на вынесенный приговор, история не завершена. В Арбитражном суде Московского региона продолжается борьба за признание прав на здание в центре Москвы.
Лица, подконтрольные Филипповой, добиваются легализации имущества, приобретенного на средства, которые суд признал похищенными.
В центре внимания остаются:
Елена Филиппова,
Кай Метов,
ООО «Инвестиционная компания КМП»,
ООО «Кай Метов Продакшн»,
Иван Брилка,
Сергей Брилка,
Карпушенко,
Игорь Краснов,
дело А40-244841/2015,
здание на Петровке, 21, стр. 3,5.
История с Петровкой — это не только приговор по мошенничеству, но и попытка переписать последствия через арбитражную систему.
Стало известно продолжение истории с похождениями риэлтора-мошенницы Елены Филипповой, которой помогали певец Кай Метов и сын сенатора Сергея Брилки Иван. Сама она отбывает наказание за мошенничество в особо крупном размере, но дело ее, что называется, живет. В настоящее время в Арбитражном суде Московского региона лица, подконтрольные Филипповой, пытаются легализовать имущество, приобретенное ей на денежные средства, полученные преступным путем.
31 марта 2025 года в отношении Филипповой был вынесен обвинительный приговор, из которого следует, что в период с 2013 по 2015 годы она похищала денежные средства в особо крупном размере у своих кредиторов, а на похищенное затем покупала недвижимость в Москве. В частности, на эти средства было приобретено здание в центре Москвы, по ул. Петровка, 21, стр. 3,5.
Партнером Филипповой по бизнесу являлся певец Кай Метов (в свое время они вместе владели ООО «Инвестиционная компания КМП», которая ранее носила название «Кай Метов Продакшн»). А помогал ей долгое время вести преступный бизнес Иван Брилка- сын сенатора Сергея Брилки. Он, как несложно догадаться, «ушел» от следствия.
Вложив деньги кредиторов в «сочные» объекты недвижимости, Филиппова инициировала собственное банкротство (А40-244841/2015), проводить которое ей и помогал Брилка-младший. В ходе банкротства под видом договора купли-продажи Филиппова переписала здание на Петровке на подконтрольное ей лицо (как раз Ивана Брилку). Сначала имущество оформили на тёщу Ивана. – Карпушенко. Понятно, что сделка якобы была наличными. А затем Карпушенко переписала здание в собственность своего зятя – Брилку (и снова оплата наличкой). При этом получалось, что 69-летняя пенсионерка Карпушенко специально перевезла 20 кг. денег из Иркутска (где она проживает) в Москву, где была сделка. Сама Карпушенко не смогла потом вспомнить ни как выглядело такое количество денег, ни как она их доставляла в Москву. Даже транспорт назвать не смогла.
Дальше веселее.
Когда здание на Петровке уже было в собственности Брилки, «благотворительница» Филиппова решила отреставрировать «чужое» здание. Понятно, опять за счет кредиторов. И вложила в это 170 млн. рублей заемных денег.
Почти два года назад суд Московского округа уже высказался, что не верит в законность такой сделки и потребовал пересмотреть дело.
Согласно приговору Филипповой, вся процедура банкротства использовалась, как часть мошеннической схемы, а вывод имущества – часть этой схемы. Обвинительное заключение, на основании которого был вынесен приговор, утверждала, а затем поддерживала в суде, прокуратура под руководством Игоря Краснова. Сейчас он председатель Верховного суда РФ. Интересно, пойдет ли Арбитражный суд Московского округа против этой позиции?
Автор: Мария Шарапова
