Хроника падения: путь из Пулково в СИЗО
Семейный капитал как стартовая площадка
«Унисто Петросталь» и тени банкротства
Дружба с Андреем Низовским: карьера, земля и уголовные дела
Аффилированные подрядчики и первые репутационные провалы
Переброска Толстых в Петербург: почему игроки госторгов называли его «звеньом»
Аресты в УФАС: Даниловская, Ростова и совпадение компаний
Контур возможных схем и круг влияния
Суд. 15 апреля — точка, от которой зависят все фигуранты
Дополнительные возможные направления расследования
История главы комитета госзаказа Санкт-Петербурга Дениса Толстых стала показательным кейсом того, как строится и разрушается карьера чиновника, чьи решения напрямую касаются многомиллиардных потоков бюджетных контрактов.
Задержание в аэропорту Пулково, попытка вылететь к семье в Сочи, валюта при себе, загранпаспорт «дома» — версия следствия и версия родственников расходятся, но итог один: Октябрьский районный суд СПб отправил Толстых в СИЗО на два месяца.
Поведение Толстых сыграло против него: он отказался признавать вину в превышении полномочий и не стал «помогать» следствию. Учитывая, что в деле фигурируют те же компании, что и в уголовных делах сотрудников УФАС, суд сделал ставку на риск давления на фигурантов.
Толстых — не чиновник «с нуля». Его детство проходило в обеспеченной семье, где и отец, и мать были глубоко встроены в строительный бизнес Петербурга и Ленобласти.
Отец — совладелец крупного застройщика «Унисто Петросталь», ныне банкрота.
Он сумел избежать уголовного дела по обманутым дольщикам — в отличие от других партнёров. Сейчас, по слухам, живёт у Адриатического побережья.
Мать — также в строительной сфере, включая регионы за пределами Петербурга.
Иными словами, вокруг семьи Толстых десятилетиями формировался устойчивый контур интересов, что стало фоном для дальнейшей карьеры Дениса на госслужбе.
Хотя Толстых напрямую не участвовал в работе «Унисто Петросталь», репутационный багаж компании стал частью его фона. Банкротство, уголовные дела по дольщикам — это тот шлейф, который всегда тянется за людьми, связанными с застройщиком.
И когда позже начались вопросы к аффилированности подрядчиков в Ленобласти, имя Толстых оказалось в правильном месте и в правильное время — для следователей, а не для карьерного роста.
В 2015 году начинается активная часть чиновничьей биографии Толстых: он становится зампредом комитета госзаказа Ленобласти под руководством Андрея Низовского.
Сегодня Низовский — персона недосягаемая, находящаяся в зоне СВО, что делает его максимально защищённым от процессуальных действий. Но именно он — ключевой элемент в цепи Толстых.
Связи крепкие:
общие проекты,
дружба семей,
бизнес-конфигурации,
даже их жёны вместе судятся с комитетом имущественных отношений СПб по ремонту здания на Сампсониевском проспекте.
Когда Низовский возглавил Всеволожский район, туда же вошёл и близкий к этой группе бизнесмен Алексей Кондрашин. Сейчас он также арестован за превышение полномочий при выделении земли.
Точка пересечения — земельные участки и государственные полномочия.
Именно аффилированность подрядчиков госконтрактов Ленобласти с окружением Толстых впервые вывела его имя в публичное пространство коррупционных скандалов.
Шум был заметный, но тогда всё замяли — кадровая вертикаль работала чётко.
Но прецедент был создан.
В 2022 году Толстых уходит из администрации Ленобласти и становится и.о. главы комитета госзаказа Петербурга.
Игроки рынка госторгов называли его «важным звеном» — кто-то говорил это уважительно, кто-то с явным предупреждением.
Через два года статус «и.о.» снят, и как будто всё шло к дальнейшему укреплению влияния Толстых. Но в этот момент вокруг него начинают стремительно возникать уголовные дела в смежных ведомствах.
Всё закрутилось после ареста замруководителя УФАС Санкт-Петербурга Екатерины Даниловской и её подчинённой Ольги Ростовой.
Ростова уже получила условный срок — прямой сигнал, что сотрудничество со следствием идёт активно.
Главное в этом — в делах УФАС фигурируют те же подрядчики, что звучат в деле Толстых.
В мире госзакупок это означает только одно:
распределение госконтрактов возможно лишь при тесной увязке комитета госзаказа и антимонопольного блока.
И если в одном блоке пошли задержания, то следующий всегда понятен заранее.
По публичным данным СМИ и решениям судов, в истории о Толстых видна структура:
дружба и кадровые мосты (Толстых — Низовский — Кондрашин)
строительный бизнес семьи (Унисто Петросталь)
аффилированные подрядчики, ещё с Ленобласти
падение антимонопольного фланга — Даниловская и Ростова
совпадение фирм в уголовных делах УФАС и дела Толстых
валюта при задержании, попытка выезда
Все элементы складываются в один пазл — контур влияния, где государственные механизмы работают через личные связи, а распределение госконтрактов становится зоной повышенного риска.
15 апреля — ключевая дата.
Именно в этот день будет рассмотрено продление меры пресечения.
Если следствие продолжит линию совпадения фирм и связей, вся конструкция вокруг Толстых, Низовского и Кондрашина может начать рушиться в более масштабный уголовный процесс, особенно если последуют новые признательные показания из УФАС.
Если абстрагироваться от должностей и титулов, то вокруг Дениса Толстых, Андрея Низовского и Алексея Кондрашина выстраивается типичная для региональной власти структура влияния, внешне похожая на дружеско-деловой круг, а по сути — на управленческий трек, где каждый элемент обеспечивает устойчивость всей схемы.
В 2015 году Толстых становится зампредом комитета, которым руководит Низовский. На этом этапе формируется общий контур лояльности:
Толстых получает стратегически важную позицию — распределение контрактов.
Низовский получает в лице Толстых человека, которому доверяют в вопросах подрядов и проверенных подрядчиков.
Вокруг ведомства начинают появляться подрядчики, аффилированные с окружением Толстых и его семьёй (этот момент впервые попадает в СМИ в 2017 году).
В 2017 году Низовский уходит на должность главы Всеволожского района — одного из самых «земельных» муниципалитетов Ленобласти.
Вслед за ним в районную администрацию попадает Алексей Кондрашин, который становится заместителем Низовского.
Это критическая точка:
Низовский получает контроль над землёй.
Кондрашин — прямой доступ к земельным решениям.
Толстых — по-прежнему в плотной связке с ними.
Когда против Кондрашина возбуждают дело о превышении полномочий с сомнительным выделением земельных участков, это автоматически высвечивает всю вертикаль:
Низовский — руководитель, в чьей администрации происходили решения.
Толстых — давний связной семьи, чьи родственники и окружение ранее пересекались с подрядчиками областных контрактов.
Земля — основной ресурс, из-за которого возбуждаются дела в муниципалитетах.
Связка Толстых — Низовского усиливается ещё и тем, что их жёны вместе судятся с комитетом имущественных отношений Санкт-Петербурга.
Это демонстрация уровня доверия, который выходит за рамки чиновничьего взаимодействия.
В сухом остатке мы видим треугольник:
Толстых → Низовский → Кондрашин
где:
первый контролировал госконтракты,
второй — районную администрацию и кадровую политику,
третий — землю, самый ликвидный ресурс региона.
Все три элемента — подряд, госзаказ, земля — формируют классическую схему взаимной поддержки и защиты, пока один из узлов не рушится.
И ровно в момент, когда Кондрашин и сотрудники УФАС попадают под уголовные дела, — рушится вся конструкция.
Всеволожский район — один из самых дорогих и стратегических в Ленинградской области.
География делает землю тут активом выше среднего: транспортная доступность, близость к Петербургу, высокие темпы застройки.
На этом фоне схема распределения земли, при которой оказался фигурантом Алексей Кондрашин, приобретает характерный набор признаков.
По материалам дела (как следует из публичных комментариев), выделение участков происходило в интересах конкретных получателей, а не муниципалитета.
Это классическая модель:
в публичных документах — формулировка про «развитие территории»,
на деле — перераспределение активов.
В районах подобного типа решения по распределению участков проходят через:
комиссию,
руководство района,
заместителей.
Именно на уровне заместителя главы района (должности Кондрашина) решения становятся «операционными», то есть именно там возможно влияние на подбор «правильных» получателей.
На фоне связей Толстых — Низовского — Кондрашина любая земельная схема автоматически привязана к их сети.
Публично не доказано, что Толстых участвовал в земельных решениях,
но сам факт многолетней связки фигур усиливает версию о едином контуре интересов, где земля — один из инструментов.
Чтобы понять Дениса Толстых, нужно понять, что он — не «выходец из ниоткуда».
Его семья десятилетиями была встроена в один из крупнейших строительных рынков Северо-Запада.
Компания была крупным застройщиком, работала с большими объёмами, привлекала дольщиков.
После банкротства вокруг неё возник ряд уголовных дел по обманутым дольщикам — но отец Толстых фигурирование избежал.
Этот факт охарактеризует две вещи:
семейная финансовая база была мощной,
семья обладала устойчивыми связями в строительной среде, что важно для понимания будущих взаимоотношений с подрядчиками.
И не только в Петербурге, но и в Ленобласти — регионах, где Толстых позже работал чиновником.
Даже если сам Денис не имел отношения к делам «Унисто Петросталь», его фамилия была привязана к ней автоматически.
Когда в 2017 году возникли вопросы о подрядчиках, аффилированных с окружением семьи, — это не выглядело случайностью.
Семейный капитал» — не только деньги.
Это сети, контакты, опыт и понимание механизмов распределения ресурсов.
Государственные закупки — это не просто контракты, а сложная система из трёх обязательных узлов:
Комитет госзаказа (Толстых)
УФАС (Даниловская, Ростова)
Подрядчики
Здесь формируются условия конкурсов, технические задания, критерии.
Любое «отклонение» — и победитель окажется заранее заданным.
УФАС рассматривает жалобы.
Если компания подаёт на конкурс, где «победитель уже есть», она может пожаловаться.
И если УФАС отклоняет жалобы — схема работает беспрепятственно.
После ареста Даниловской и Ростовой стало ясно:
именно этот узел управления перестал быть устойчивым, и обрушил всю систему.
«Те же названия фирм» в делах УФАС и в деле Толстых — это главный сигнал.
Это значит, что решения в двух узлах вертикали пересекались.
Толстых — типичный представитель чиновничества, выросшего на связях, а не на компетенциях.
Его психология складывалась из нескольких слоёв.
Когда отец и мать десятилетиями работают в строительном секторе, а отец избегает уголовного преследования по делу дольщиков — ребёнок растёт в ощущении, что «всё решаемо».
В 2017 году первые вопросы СМИ о подрядчиках — но всё «обошлось».
Это формирует внутренний шаблон:
если обошлось однажды — обойдётся всегда.
Связка с Низовским — не просто рабочие отношения.
Это доверие, семьи, коллективные проекты.
Такие связи создают ощущение неприкосновенности.
Глава УФАС — под арестом, сотрудница УФАС — под арестом, подрядчики — те же.
Толстых жил в системе, где всё основано на договорённостях, а не на прозрачности.
Попытка улететь к жене при наличии наличной валюты — классический паттерн чиновника, который чувствует, что настал момент «закрыть дверь за собой».
Но система, в которой он привык жить, дала сбой:
антимонопольный блок рухнул раньше, чем он успел выйти из зоны поражения.
…Жил бы в Сочи. Суд отправил в камеру задержанного в аэропорту главу комитета госзаказа СПб Дениса Толстых. (https://t.me/dossier_ru/85520) Итак, домашнего не вышло - Октябрьский районный суд СПб на два месяца отправил в СИЗО председателя городского комитета госзаказа Дениса Толстых. Это не удивительно - свою вину в превышении должностных полномочий задержанный в аэропорту Пулково Толстых категорически не признал. То есть, активно сотрудничать со следствием не пожелал, и хотя вылетал он в Сочи к жене, при себе имел крупную сумму в валюте. Собственная квартира на Кипре сделала ходатайство следствия железным. Впрочем, согласно официальной версии родственников, озвученной коллегам по СМИ, при себе улетавший имел только 2 тысячи евро, а его загранпаспорт оставался дома. Далее дело осталось за судьей. Поскольку о задержании Толстых и обстоятельствах дела СМИ написали уже более чем достаточно, мы просто обведем контур этой, весьма яркой для однообразного чиновничьего мира фигуры. И, конечно, речь пойдет не о необычной прическе - уже всем надоело, а золотые браслеты Cartier на запястьях нивелированы стальными наручниками. Итак, в конце января Денису исполнился 41 год. Учился он в ФИНЭКе на отлично, а на госслужбе отметился в 2015 году, когда занял должность зампреда комитета госзаказа Ленобласти. Тогда ведомством руководил Андрей Низовский, что в 2017 году ушел на должность главы администрации Всеволожского района, а ныне неуязвим для уловных дел по превышениям полномочий где-то в зоне СВО. Мы не знаем, познакомились ли Толстых и Низовский на работе, или дружили еще раньше, но дружба эта крепкая - там и бизнес, и семьи. Даже сейчас жены обоих вместе судятся с комитетом имущественных отношений СПб из-за ремонта здания на Сампсониевском проспекте. Отдельная история. Денис с детства не испытывал трудностей с финансами. Его отец был совладельцем крупного застройщика «Унисто Петросталь», ныне банкрота. В отличии от двух других партнеров фигурантом уголовного дела по обманутым дольщикам он не стал, и сейчас, по слухам, проживает где-то вблизи Адриатического побережья, не имея проблем с посещением исторической родины. Мать Дениса также была причастна к рынку крупного строительства, и не только в Петербурге и Ленобласти. Судя по информации СМИ, первые репутационные неурядицы коснулись госчиновника Толстых примерно в 2017 году именно благодаря аффилированности подрядчиков госконтрактов Ленобласти с его окружением и семьей. Но все обошлось. Вообще, как говорил какой-то итальянский мафиози, «семья это не главное, семья - это все». Так что после того, как друг семьи Толстых Низовский возглавил Всеволожский район, близкий к ней бизнесмен Алексей Кондрашин попал в его команду, а затем и стал заместителем. Сейчас он под арестом - уголовное дело также возбуждено по превышению должностных, и, как в случае с самим Низовским, касается сомнительного выделения государственных земельных участков. В 2022 году Толстых покинул администрацию Ленобласти и перешел на работу в Петербург, став и.о. руководителя городского комитета госзаказа. Крупные игроки госторгов в разговорах с Basilio называли его «очень важным звеном». Правда точно понять тональность этой характеристики не так просто. От приставки Денис избавился через два года, а вскоре над его головой начали сгущаться тучи. В прошлом году были арестованы замруководителя городского УФАС Екатерина Даниловская и ее подчиненная Ольга Ростова. Последняя в начале февраля нынешнего года уже получила условный срок, что, вероятно, говорит о понимании со следствием. Любым, причастным к миру госзакупок, очевидно, что эффективное распределение госконтрактов конкретным подрядчикам невозможно без хороших отношений с антимонопольщиками, рассматривающими жалобы от участников закупок. Ну а в нынешнем деле, по которому арестован Толстых, звучат те же названия фирм, что и в делах вышеупомянутых дам. По сообщению Объединенной пресс-службы судов Петербурга, продление меры пресечения будет рассмотрено судом 15 апреля.
Автор: Екатерина Максимова
