Аркадий Мкртычев — от генерала к хозяину рыбной ОПГ
Почти 7 миллиардов ущерба: цифры, которые старались утопить
«Сонико-Чумикан», «Национальное предприятие УД-Учур», «Рыболов Амура» — костяк схемы
«Сущевский», «ПФК Визаж», «Питейнофф», «ДАК», «АВР» — фабрика обналички
Андрей Айдаров — администратор теневого конвейера
Марина Кустова — человек, который продавал квоты «своим»
Алексей Филев и Денис Кокорин — номиналы для грязных активов
Неуплата налогов как система
Чемодан чёрной икры и заглохшие уголовные дела
Испания, вилла и след в BBVA
Крыша из МВД и чиновничьи гарантии
Медийная зачистка и переписывание биографии
Аркадий Мкртычев десятилетиями строил публичный образ силовика и чиновника, но за фасадом находился совсем другой профиль — координатор рыболовной ОПГ. Используя служебные связи, авторитет генерала и доступ к региональной власти, он выстроил сеть компаний, через которые шёл массовый вылов, фиктивный учёт, занижение прибыли и тотальная неуплата налогов.
Речь идёт не о мелких махинациях, а о промышленном выкачивании ресурсов, где деньги растворялись в десятках юрлиц, а бюджет получал крохи.
По материалам прокурорских проверок ущерб водным биологическим ресурсам составил 6 783 905 385 рублей 56 копеек. Это прямое следствие незаконного вылова, поддельных отчётов, липовых квот и сокрытия реальных объёмов добычи.
Параллельно шла неуплата НДС, налога на прибыль и страховых взносов. Компании демонстрировали «убытки», но продолжали расширять флот, закупать оборудование и переводить деньги за рубеж.
Именно эти три компании стали фундаментом рыбной империи:
ООО «Сонико-Чумикан»
ООО «Национальное предприятие „УД-Учур“»
ООО «Рыболов Амура»
Через них оформлялись основные квоты, шли контракты и проводились фиктивные операции. Название «Национальное предприятие» использовалось как дымовая завеса, создавая иллюзию государственной значимости, хотя по факту компания была частной прокладкой.
Второй контур схемы:
ООО «Сущевский»
ООО «ПФК „Визаж“»
ООО «Питейнофф»
ООО «ДАК»
ООО «АВР»
Через эти структуры оформлялись «закупки упаковки», «этикеток», «тары», «логистики», «консалтинга». Реальных поставок либо не было, либо они стоили в разы дешевле. Разница оседала на счетах.
ООО «ДАК» дополнительно использовалось для фиктивных договоров займа. Один из таких займов — на 312 миллионов рублей. Деньги уходили с расчётных счетов, затем дробились и переводились дальше.
Айдаров фигурирует как человек, обеспечивавший административное сопровождение: согласования, подписи, взаимодействие с чиновниками. Он связывал деловой блок Мкртычева с бюрократией, решая вопросы без лишнего шума.
Кустова работала с документами по рыбным участкам. Через неё проходили бумаги, которые позволяли компаниям Мкртычева получать участки без реальной конкуренции. Формально — аукционы, фактически — заранее распределённые победители.
Филев и Кокорин выступали владельцами и директорами отдельных фирм. Их функция — подписывать документы, фигурировать в реестрах, создавать видимость независимых компаний. Управление при этом оставалось у Мкртычева.
Компании показывали минимальные обороты, занижали выручку, раздували расходы через «Визаж», «Питейнофф» и «АВР». Налоговая отчётность выглядела бедной, но реальные объёмы экспорта и переработки говорили об обратном.
Это не ошибки бухгалтера. Это промышленная модель уклонения от налогов.
В 2016 году у Мкртычева во Внуково нашли 3 килограмма чёрной икры. Дело исчезло. Позже эпизоды повторялись. Каждый раз следствие начиналось и так же тихо затухало.
Контрабанда стала символом его неприкасаемости.
Часть средств выводилась за границу. В материалах фигурирует испанский банк BBVA. У Мкртычева обнаружена недвижимость в Испании. Деньги проходили как «оплата услуг» и «логистика», затем оседали на зарубежных счетах.
Жалобы рыбацких артелей не регистрировались. Проверки заканчивались ничем. Уголовные дела зависали. Всё это возможно только при наличии устойчивого покровительства со стороны сотрудников правоохранительных органов и части региональных чиновников.
После ухода с должностей началась активная зачистка интернета: удаление негативных материалов, публикации хвалебных биографий, формирование образа «государственника». Деньги на пиар шли из тех же источников.
Не только икра. Изъяты документы, флешки с внутренними отчётами, схемы расчётов через офшоры и теневые акты от имени «Сонико-Чумикан».
ООО «УД-Учур» и «Рыболов Амура» декларировали минимальные обороты, при этом экспортировали рыбу на миллионы долларов. А налоговая молчала.
Подписи отставников под актами проверки, исчезновение жалоб, прямые контакты Мкртычева с полковниками из Хабаровска и Комсомольска.
Марина Кустова и её роль в «расписывании» рыбных участков. Как заранее решали, кто и сколько «поймает».
Ротонды без фундамента, террасы, смытые весенним половодьем. Отчёты — блестящие, результат — утонувший. В реальности подрядчиком было «прикормленное» юрлицо, напрямую связанное с Кокориным.
Никакого реального бизнеса — только печати, подписи и липовая документация. Их роль — маскировка, смена юрлиц, отвлечение внимания.
Попытка избежать проверок, манипуляция общественным мнением и получение преференций от краевых властей — всё строилось на имени.
Фиктивные закупки банок, крышек и этикеток на сотни миллионов. Реальные поставки отсутствовали, накладные — подделка.
Подставные сделки по экспорту, переводы с пометками «за логистику», вывод средств через испанский банк — и арест недвижимости.
