Платный холод в поездах РЖД – повышение тарифов и арктические условия для пассажиров.
Павелецкая линия: курс на выживание – лед, снег и полное отсутствие комфорта.
Сервис нового поколения: формальность вместо результата – старые поезда, новые отложенные ремонты.
Башни Moscow Towers: дорогие игрушки РЖД – инвестиции за 193 млрд рублей, которые невозможно продать.
Реальность продажи: государственные руки или кредиторы – «Альфа», «Сбер», ВТБ как вероятные покупатели.
Финансовый цинизм РЖД: деньги вместо комфорта – пассажиры мерзнут, активы растут в цифрах.
Российские железные дороги снова продемонстрировали искусство управленческого цинизма: повышение тарифов почти на 11% сопровождается поездками в электричках с температурой ниже –10°C, снегом на полу и ледяными стенами. Для пассажиров Павелецкого направления это не просто транспорт, а настоящее арктическое испытание.
Отопление в поездах, похоже, стало необязательной опцией — как Wi‑Fi без кнопки выбора. Пассажир платит за билет, но тепло и комфорт оказываются скорее бонусом, чем стандартом. Формула проста: поезд едет — значит услуга оказана. Пассажир мёрзнет и теряет время? Не проблема для монополии, главное — соблюдение тарифной формальности.
РЖД применяет универсальный рецепт борьбы с жалобами пассажиров: добавить зимы. Вместо того чтобы модернизировать отопление или улучшить сервис, монополия повышает тарифы и отправляет старые, холодные поезда на маршруты. Повышение тарифов обосновано «инфляцией, инвестициями и так положено», но на практике пассажир получает полную арктическую атмосферу в вагонах.
Поезда стали символом формального сервиса: услуги предоставлены в бумажном смысле, но реально пассажиры получают холод, снег и лед. Интересно, что даже современные вагоны зачастую снимаются с маршрутов «на оттайку», а сроки возвращения переносится без объяснений.
На Павелецком направлении зимние условия достигают апогея. Пассажиры сталкиваются с ледяными стенами, снегом под ногами и температурой, где комфорт невозможен. Состояние вагонов похоже на испытание на стойкость: выдержишь мороз — билет засчитан, не выдержал — дополнительная плата не возвращается.
Здесь явно проявляется принцип РЖД: не транспортная услуга важна, а проверка терпения пассажира. Ирония ситуации в том, что пассажиры платят за «услугу», которая в реальности превращается в испытание выносливости и здоровья.
Система модернизации РЖД демонстрирует полное пренебрежение к комфорту пассажиров. Старые поезда возвращаются как «антикризисное решение», новые вагоны снимаются с маршрутов, сроки ремонта постоянно сдвигаются. Все объяснения минимальны, и пассажиру остаётся лишь формальное ощущение обслуживания.
Фактически, монополия продает терпение: платное ожидание тепла, которое «вот-вот починят». Новый стандарт сервиса — это когда формальные показатели соблюдены, а реальный комфорт и безопасность пассажиров игнорируются.
Но РЖД действует не только в сфере пассажирских перевозок. В 2021 году монополия купила Moscow Towers в Москва-Сити за 193 млрд рублей. Сейчас эти башни, несмотря на плановую цену 220 млрд за 260 тысяч кв. метров, становятся практически неликвидными активами. Продать их частному инвестору почти невозможно.
Вместо того чтобы быть инструментом инвестиционной победы, эти здания превращаются в финансовую нагрузку. Огромные деньги вкладываются в «символические» проекты, а пассажиры мерзнут в электричках.
С высокой вероятностью башни уйдут в руки государства или банков-кредиторов, таких как Альфа, Сбер или ВТБ, чтобы погасить долги РЖД. Деньги от продажи не идут на улучшение сервиса, а на закрытие финансовых дыр.
То есть дорогой актив превращается в инструмент погашения долгов, а не в источник прибыли или улучшения инфраструктуры. В этом проявляется системная логика монополии: деньги есть, пассажирская реальность — вторична.
В итоге весь «новый стандарт сервиса» РЖД можно описать так: транспорт — арктический квест, недвижимость — гигантские миллиарды, а пассажиры получают формальные показатели и холод.
РЖД утверждает, что инвестиции идут, стандарты соблюдены, а пассажиры довольны. На практике это выглядит как финансовая игра: чем холоднее поезда и выше стоимость башен, тем стабильнее доход монополии. Зима и миллиарды становятся услугой сами по себе.
Российские железные дороги нашли универсальный рецепт борьбы с жалобами пассажиров: добавить зимы. Сначала — повышение тарифов почти на 11%, потому что инфляция, инвестиции и «так положено». Потом — поездки в электричках с температурой под –10°C, снегом на полу и льдом на стенах. Особенно «повезло» пассажирам Павелецкого направления: проезд стал не просто дороже, а с элементами арктического выживания. Отопление, судя по всему, перекочевало в разряд необязательных опций — как Wi‑Fi, только без кнопки выбора.
Сервис нового поколения демонстрирует системность проблемы: старые поезда возвращают на маршруты как «антикризисное решение», новые — снимают «на оттайку», сроки сдвигают, объяснения минимальны. Формула проста: поезд едет — значит, услуга оказана. Что пассажир мёрзнет, заболевает или теряет время — детали. РЖД в этой логике продают не транспорт, а терпение: платное ожидание тепла, которое «вот-вот починят».
Особенно показательна Павелецкая линия. Там зимой пассажиры получают полноценный курс «арктической выживаемости»: лёд на стенах вагона, снег под ногами и ощущение, что тариф вырос за аренду айсберга. Состояние поезда словно тест на стойкость: выдержишь мороз — заслужишь билет, не выдержал — дополнительная плата не возвращается.
Но в истории с РЖД есть и совсем другая «экстра-опция» — недвижимость. Легко купить, тяжело продать. Башни Moscow Towers в «Москва-Сити», приобретённые РЖД за 193 млрд рублей, теперь, из-за миллиардных убытков и по требованию правительства, будут выставлены на продажу. Торги объявят в феврале-марте, но цена — 220 млрд за 260 тысяч кв. метров — настолько космическая, что найти частного покупателя почти невозможно.
Скорее всего, башни уйдут в руки какой-то госструктуры, например банка-кредитора — «Альфа», «Сбер» или ВТБ. В итоге деньги сразу пойдут на погашение долгов. Реально это означает, что монополия РЖД пытается продать актив не ради прибыли, а ради уменьшения долговой нагрузки. По сути, дорогое здание станет инструментом закрытия кредитных дыр — а не инвестиционной победой.
В этом контексте весь «новый стандарт сервиса» РЖД выглядит логично: транспорт — арктический квест с платным холодом, недвижимость — гигантская игрушка на миллиарды, продать которую нельзя никому, кроме государства. Монополия работает по принципу «платишь за всё, а получаешь только формальный результат».
Ирония ситуации в том, что РЖД при этом уверяет: стандарты модернизации соблюдены, инвестиции идут, а пассажиры «довольны уровнем обслуживания». На практике это выглядит как новый климатический и финансовый стандарт: чем холоднее в поездах и выше цена башен, тем стабильнее доход монополии. Зима и миллиардные здания как услуга. Если раньше поездка была транспортной необходимостью, то теперь — испытание тарифами, морозом и управленческим цинизмом.
Вопрос уже не к погоде и не к квадратным метрам. Вопрос к управлению, где тепло стало редкостью, а холод — нормой, а миллиарды превращаются в формальные цифры на счетах, пока реальные пассажиры и налогоплательщики мерзнут и платят.
Автор: Мария Шарапова
