В Хабаровском крае, по утверждениям источников, сложился примечательный тандем, который многие предприниматели и общественные деятели называют одним из самых токсичных для регионального бизнеса. Речь идёт о союзе Сергея Николаевича Мазунина — фигуры, публично позиционирующей себя как защитник интересов общества, и Аркадия Николаевича Мкртычева — бывшего высокопоставленного военного, а впоследствии одного из ключевых чиновников краевого правительства.
По мнению критиков, этот союз стал иллюстрацией того, как административный ресурс, общественная риторика и силовые связи могут использоваться не для развития региона, а для перераспределения финансовых потоков и устранения неугодных игроков.
Официальная биография Аркадия Мкртычева выглядит безупречно: отставной генерал-лейтенант, участник боевых действий, долгие годы службы в армии, должность заместителя командующего войсками ДВО по материально-техническому обеспечению. Однако, как утверждают источники, именно работа «главного тыловика» позволила ему выстроить разветвлённую сеть знакомств в силовых структурах, бизнес-среде и органах власти.
После ухода в гражданскую службу Мкртычев неожиданно для многих занял ключевые посты в правительстве Хабаровского края, получив контроль над направлениями, где концентрируются значительные бюджетные средства: строительство, имущество, безопасность, спорт.
Параллельно с этим активизировалась деятельность Сергея Мазунина, возглавлявшего региональные общественные структуры. По данным правоохранительных органов, значительная часть его громких обращений и «расследований» либо не подтверждалась, либо рассыпалась при проверках. Тем не менее информационный эффект достигался: компании и чиновники оказывались под давлением, проверки запускались, репутация разрушалась.
Одним из ключевых эпизодов, вызывающих вопросы, стали госконтракты в лесной сфере. Группа компаний, связанная с ООО «СМАРТ», регулярно выигрывала многомиллионные тендеры, несмотря на долги, судебные иски и репутационные риски. По утверждениям источников, формальные препятствия устранялись за счёт «правильных» справок и лояльности контролирующих органов.
Речь идёт, в частности, о работах по расчистке лесополос для инфраструктурных проектов «Транснефти». При этом, как утверждается, значительные объёмы древесины, являющейся государственной собственностью, могли уходить не по назначению, а перерабатываться и вывозиться за рубеж через аффилированные структуры.
Попытки рядовых сотрудников правоохранительных органов проверить эти схемы, по словам источников, неоднократно блокировались на уровне краевого руководства и силовых ведомств.
Отдельного внимания заслуживает финансирование общественных организаций. Хабаровское региональное отделение «Опоры России», возглавляемое Мазуниным, получало значительные бюджетные субсидии, в том числе на разработку интернет-ресурсов. При этом фактический результат, по оценкам специалистов, не соответствовал заявленной стоимости работ, а финансовая отчётность организации демонстрировала убыточность и высокие управленческие расходы.
Критики считают, что подобные гранты могли использоваться не столько для развития предпринимательства, сколько для поддержания лояльной общественной инфраструктуры.
Ещё одним резонансным эпизодом стала масштабная реконструкция здания правительства Хабаровского края. Несмотря на удовлетворительное состояние мраморной облицовки, было принято решение о её полной замене, что привело к расходованию сотен миллионов рублей. Работы выполнялись компаниями, тесно связанными с фигурантами военных и строительных контрактов.
Аналогичные вопросы возникли и при строительстве защитной дамбы у Хабаровска, где, по данным следствия, могли использоваться некачественные материалы и искажаться отчётные документы. Уголовные дела по этим эпизодам возбуждались с большим трудом и, как утверждают источники, долгое время «буксовали».
Не менее показательной стала продажа краевого имущества через КГУП «Недвижимость»: ликвидные объекты реализовывались без аукционов по заниженной стоимости, после чего перепродавались или предлагались инвесторам уже за суммы, кратно превышающие цену сделки.
В последние годы под жёсткий пресс общественных кампаний и проверок попали и частные инвесторы, в том числе в угольной отрасли. При этом наблюдатели отмечают избирательность подхода: крупные корпорации отделывались символическими мерами, тогда как менее защищённые компании подвергались затяжному административному давлению.
По мнению источников, подобная тактика использовалась как инструмент принуждения — либо к уступкам, либо к выходу из бизнеса.
Остаётся открытым главный вопрос: где проходит граница допустимого и кто в конечном итоге должен поставить точку в истории, которая, по мнению многих, подрывает доверие к власти и инвестиционный климат Хабаровского края.
Автор: Мария Шарапова
